Блог
16.12.2018
Не читали? И не парьтесь или когда лучше смотреть, чем читать
Книга заставляет размышлять, напрягать извилины, включать фантазию. Фильм предлагает скушать готовый продукт – все уже разжевано, только проглотить. И отбивает напрочь желание читать. Резонно? Главное – в унисон с прописными истинами.

А теперь представим противоположную ситуацию. Посмотрев захватывающую экранизацию, хочется добраться до первоисточника. Хочется книжных подробностей понравившегося сюжета. Но! Сглотнув предвкушение, прочитав с пяток десятков страниц, вдруг прозреваешь – вторичное (кино) гораздо шедевральнее основы (книги). И такой облом гораздо опаснее, ибо без всяких там философий, просто дискредитирует литературу перед киноиндустрией.

Так что, не читали? Не парьтесь. Вот фильмы, которые превзошли свои литературные оригиналы.

Форрест Гамп

Представьте на секунду, что всемирный любимец симпатяга Форрест Гамп превращается в законченного циника саванта, который балуется наркотиками и весьма изощрен в сексе. И это не анонс нового сезона в стиле трэш, а всего лишь несколько штрихов к портрету литературного прототипа главного героя из романа Уинстона Грума.

Пусть идеалистическая сказка, пусть сентиментально и наивно. Но есть в киноработе Роберта Земекиса какая-то теплая нотка, позволяющая многомиллионной аудитории каждый раз заново переживать и радоваться за Гампа, неоднократно пересматривая фильм. Чтобы не терять эти светлые ощущения, лучше «общаться» с киношным парнем.

Побег из Шоушенка

Этот фильм в рейтинге, потому что сам Стивен Кинг, который в пух и прах критикует киноверсии собственных романов, признал мастерство Дарабонта. Писатель объявил «Побег из Шоушенка» любимой экранизацией своих произведений.

Пожалуй, не станем спорить с мэтром. В картине все гениально – сценарий, режиссерская и операторская работа, блестящий тандем Тима Роббинса и Моргана Фримена. Очевидно, все это должно было срастись пучком, чтобы получился такой пронзительный фильм.

В некоторых моментах Дарабонт даже перещеголял мастера психологических «грузилок» Кинга. Экранное повествование получилось жестче. Но тем желаннее и ярче свет в конце тоннеля, тем крепче уверенность, что сильный и чистый духом найдет выход из самой безнадежной пропасти.

В итоге, «Побег из Шоушенка» – навечно в списке «лучших фильмов всех времен и народов». А что там с литературными премиями по роману?

Полет над гнездом кукушки

Кен Кизи создал роман сложный для читательского восприятия и абсолютно «несваримый» для экранизации. Авантюрист, хиппи, адепт ЛСД-философии, Кизи ведет повествование от лица клиента психиатрической клиники. Сюжет насыщен выпадениями из действительности, искажениями реальности, гиперболами, взрывающими мозг. Как передать на экране фантазии с галлюциногенным душком, черный юмор и безжалостный стеб над собственной жизнью?

Форману удалось адаптировать нечто эфемерное к пониманию зрителя, живущего земными реалиями, не снижая при этом градус психологического накала. Во многом – благодаря непревзойденному Джек Николсону.

Фильм, без преувеличений, затмевает первоисточник. Кизи демонстративно проигнорировал экранизацию. Это его проблемы. А нам нравится.

Старикам здесь не место

Роман-притча в стиле вестерн. Повествование, изложенное лаконичными, рублеными фразами. Подчеркнутый игнор в отношении пунктуации. Так вкратце можно охарактеризовать творение Кормака Маккарти. Читать непросто, во многом из-за отсутствия банальных знаков препинания, а еще – из-за неудобоваримых философских отступлений. Беглой «пробежкой» по страницам не обойтись. В то же время, такой ритм изложения хорошо ложится на сценарий.

Вот и давайте познакомимся с творчеством лауреата и стипендиата авторитетных литературных премий сквозь призму восприятия не менее маститых режиссеров – братьев Коэнов. Тем более что постановщики поставили перед собой цель выполнить аутентичную экранизацию – то есть, тютелька в тютельку.

В их творческой интерпретации, сохранившей все сюжетные линии, мы получили потрясающий криминально-психологический эпос. Классика жанра, господа.

Молчание ягнят

Ганнибал Лектер в исполнении Энтони Хопкинса – культовый экранный злодей, вошедший в историю мирового кинематографа. Фильм и его главный герой с годами становятся только ярче и насыщеннее. Кажется, что изощренность психопата-интеллектуала растет с каждым повторным просмотром картины. Что происходит? Меняется наше собственное восприятие с годами? Или каждый раз в многогранном образе, созданном Хопкинсом, открываем незамеченные прежде нюансы?

В то же время, образы из романа Харриса остаются стабильными – четко очерчены, объяснимы. Хочется чего-то еще – непонятного и тонкого, способного объяснить, что движет Лектерем. Можно бесконечно тормошить воображение, если есть дар. Или же встретиться с дьявольским взглядом с экрана. До мурашек? Значит у Демми с Хопкинсом все получилось.

Крестный отец

Что получится, если два гениальных художника объединят усилия в совместной работе? Ответ очевиден – истинное произведение искусства. Хотелось бы, да не выходит – без пафоса комментировать кинематографическую нетленку Фрэнсиса Форда Копполы. Фильм стал поистине народным, причем сразу на всех континентах.

Без захватывающей гангстерской саги не было бы сюжета. Без мастерской киноогранки не получила бы история, рассказанная Марио Пьюзо, всемирной известности и любви. Писатель лично присутствовал на съемках, консультировал, корректировал и параллельно дополнял свою книгу.

Это один из немногих случаев, когда можно читать, смотреть и вновь перечитывать, воспринимая сюжет с листа через призму киновпечатлений.

Заводной апельсин

Прочесть «Заводной апельсин», чтобы прослыть интеллектуалом и литературным эрудитом – похвальный порыв. Продираясь сквозь паутину сленга, искусственно придуманного Берджессом, сквозь перипетии жестких кровавых событий в среде молодежных банд и полного обесценивания личности, оказавшейся на дне жизни – непросто добраться до финала повествования. Другой вариант – ограничиться прочтением литературных рецензий.

Или посмотреть фильм Стэнли Кубрика – талантливую киноиллюстрацию событий, описанных в книге, с великолепной визуализацией сюжета, каждого персонажа и характера, с мощным видеорядом и набором зрительских впечатлений, под час – шокирующих.

Фильму Кубрика уже почти 50 лет. Картину запрещали к выходу в прокат в связи с излишней жестокостью. Но это не сделало мир добрее. Пора честно взглянуть проблемам в лицо.

Собачье сердце

Как? И Булгакова в эту обойму? С гениями не спорим, но воспринимаем сюжет «с колокольни» нашей современности. Поэтому мрачноватый образ «мятущейся интеллигенции», не способной противостоять системе, жестко раскритикованный Мастером, нам не по душе. Мы-то, вместе с режиссером Бортко, теперь знаем, что каток революции беспощадно утюжил любые проявления индивидуальности. И симпатизируем славным ребятам – Преображенскому и Борменталю.

И по визуальному ряду – ну невозможно представить себе «собачку говорящую». А взглянешь на Шарикова-Толоконникова – ну вот же оно!

Большая перемена

А с этим кинороманом Георгия Садовникова и вовсе случился конфуз. Светлый, яркий, жизнеутверждающий фильм был создан по мотивам повести «Иду к людям» начала 60-х. И все бы ничего, но автор задумал переиздать свою в книгу в начале 2000-х.

И тут-то выяснилось, что многих сюжетных поворотов, которые так понравились в фильме зрителям и издателю, нет и в помине в литературной основе. Да и в сценарии, собственно. Поскольку Алексей Коренев и замечательные артисты буквально импровизировали на площадке.

Дьявол носит Прада

Если вам интересно подробно до занудства вникать в жизнь законченной истерички и самодурки, читайте роман Лорен Вайсбергер. Потому что фильм не оправдает ваши ожидания. Потому что Дэвид Френкель из «чернухи» сделал очень даже симпатичную комедийную драму – живую, эмоциональную, ироничную.

«Конь в юбке», шефиня издательского дома, Миранда Пристли, оказывается, вполне себе леди – стильная, деловая, и не лишенная женских слабостей. Мы с интересом наблюдаем, как пробиваются живые эмоции сквозь закаленную сталь делового имиджа.
Made on
Tilda